Айрис была уверена: знакомство с Джошем стало для неё самым ярким событием. Теперь они вдвоём направляются к роскошному дому у воды, где уже собралась его компания. Дни проходят в смехе и непринуждённом общении, но утром Джош жалуется на мигрень и уговаривает Айрис прогуляться к озеру одной. То, что она видит на берегу, и всё, что происходит потом, навсегда меняет её реальность, заставляя усомниться в каждом, казалось бы, твёрдом убеждении.
Тихая водная гладь, казалось, скрывала больше, чем просто отражение сосен. Лёгкий ветерок гнал по поверхности рябь, но Айрис заметила у кромки камень необычной формы — точь-в-точь как тот, что Джош всегда носил в кармане как талисман. Рядом на влажном песке отпечатался след от обуви, слишком крупный для её маленькой ступни. Сердце начало биться чаще, ещё до того как она разглядела в траве блестящую пряжку от ремня, знакомую до боли.
Вернувшись в дом, она не стала сразу делиться находкой. Джош всё ещё лежал с полотенцем на лбу, но в его голосе, когда он спросил о прогулке, прозвучала странная напряжённость. За обедом друзья перебрасывались шутками, однако их взгляды скользили мимо Айрис, будто по негласному уговору. Вечером, делая вид, что ищет заряженный телефон, она заглянула в сумку Джоша. Под сложенной кофтой лежал билет на автобус — на сегодняшнее утро, с рейсом, уходящим за два часа до её пробуждения.
Ночь принесла не сон, а череду обрывков разговоров, подслушанных сквозь тонкую стену. Кто-то упомянул "старый долг", кто-то — "ненужные свидетели". Айрис притворилась спящей, когда Джош наконец вошёл в комнату. Его дыхание пахло мятной жвачкой, перебивающей слабый запах озёрной воды.
Утром она объявила, что хочет сфотографировать рассвет у озера. Джош лишь кивнул, уткнувшись в телефон. На берегу Айрис не стала доставать камеру. Вместо этого она осторожно обошла место вчерашней находки и увидела свежую полосу на песке — будто что-то тянули к причалу. Неподалёку, в кустах, лежал смятый бумажный стаканчик из местного кафе, того, куда вчера все ходили вместе. На нём чётко отпечаталась помада — тёмно-вишнёвая, как у подруги одного из друзей Джоша, весёлой рыжеволосой девушки, которая сегодня почему-то не спустилась к завтраку.
В доме пахло кофе и тревогой. Айрис налила себе чаю, пальцы чуть дрожали. Она вдруг осознала, как мало на самом деле знает этих людей, включая человека, которому доверила своё сердце. Каждая деталь — пропавшая заколка, внезапный отъезд одного из гостей под предлогом срочной работы, слишком пристальный взгляд Джоша на её телефон — складывалась в узор, от которого холодело внутри.
Решение пришло тихо, как первые капли дождя по оконному стеклу. Айрис упаковала вещи, сказав, что получила срочный звонок от сестры. В её голосе звучала лёгкость, которой она сама не чувствовала. Джош пытался возражать, но она уже открывала дверь автомобиля. В последний момент она обернулась и увидела, как он стоит на крыльце, а за его спиной в окне мелькнуло чьё-то лицо — возможно, той самой рыжеволосой девушки.
Дорога домой растянулась в бесконечность. Лес сменялся полями, но в голове крутился только один вопрос: что именно она оставила там, у озера, кроме собственных иллюзий? И что на самом деле все они скрывали за масками беззаботного отдыха? Ответа не было, лишь тяжёлое предчувствие, что её старый мир остался там, на том песчаном берегу, и назад дороги нет.
